Роботы утренней зари [ Сборник] - Айзек Азимов

— Есть Три Закона Роботехники.

— Правильно. Главный — Первый Закон: „Робот не может повредить человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред“. Так вот, не полагайтесь на него. Он означает не совсем то. Мы считаем, что из-за Первого Закона роботы нам не опасны. Такая самоуверенность — это хорошо, но не в том случае, если это мнимая уверенность. Робот Дэниел повредил Ниссу, и ничуть не огорчен этим, несмотря на Первый Закон.

— Он защищал…

— Вот именно. А что, если ты должен сравнивать вред? Что, если стоит вопрос: повредить ли Ниссу или позволить нанести вред твоей космонитской хозяйке? Естественно, ты предпочтешь первое.

— Это имеет смысл.

— Ясное дело, имеет. А сейчас мы на планете роботов. Их тут сотни две миллионов. Что им приказано? Как они балансируют конфликт между тем или иным вредом? Можем ли мы быть уверены, что никто из них не тронет нас? Ведь что-то на этой планете уничтожило два корабля.

Озер сказал неохотно:

— Ну, этот робот Дэниел — необычный робот. Он больше похож на человека, чем мы. Может, на нем не стоит обобщать? Другой робот, как его там?..

— Жискар. Легко запомнить. Меня зовут Дэниел Жискар.

— Я и мысленно называю вас капитаном, капитан, во всяком случае, этот Р. Жискар стоял там и ничего не делал. Он выглядит как робот и действует так же. Мы встретили здесь кучу роботов, но они нам ничего не сделали. Они только наблюдали.

— А если здесь есть какие-то специальные роботы, которые могут повредить нам?

— Я думаю, мы готовы к этому.

— Сейчас — да. Вот почему инцидент с Дэниелом и Ниссом — хорошая вещь. Мы думали, что на нас могут напасть только соляриане, еще оставшиеся здесь, а нам опасны именно роботы, специально сконструированные. Если леди Глэдия сумеет мобилизовать своих бывших роботов — это же было ее поместье — и заставить их защищать ее и нас, тогда мы нейтрализуем все, что за нами.

— А она сможет?

— Посмотрим, — сказал Д.Ж.

— Спасибо тебе, Дэниел, — сказала Глэдия, — Ты хорошо поступил.

Лицо ее как бы съежилось и побледнело, губы стали бескровными.

— Лучше бы я не приезжала, — тихо добавила она.

— Бесполезно жалеть, мадам Глэдия, — сказал Жискар. — Друг Дэниел и я останемся за дверью, чтобы никто больше не потревожил вас.

Коридор был пуст. Дэниел и Жискар разговаривали на звуковой волне выше человеческого порога слышимости и в своей краткой конденсированной манере.

— Мадам Глэдия приняла неразумное решение, отказавшись уйти, — сказал Жискар. — Это ясно.

— Я думаю, друг Жискар, что не было возможности заставить ее изменить решение.

— Оно было слишком твердым и принято было слишком быстро. То же самое справедливо в отношении поселенца Нисса. Его любопытство в отношении мадам Глэдии и враждебность и злоба к тебе были слишком сильны, чтобы их можно было устранить без серьезного повреждения мозга. Остальными четверыми я мог управлять. Их нетрудно было удержать от вмешательства. Твоя способность справиться с Ниссом ошеломила их, и я лишь слегка усилил это состояние.

— Очень удачно, друг Жискар. Если бы эти четверо присоединились к мистеру Ниссу, я встал бы перед трудным вопросом: вынудить мадам Глэдию к унизительному отступлению, или всерьез покалечить одного-двух поселенцев, отгоняя их. Я думаю, что пришлось бы выбрать последнее, и это причинило бы мне большой дискомфорт.

— А сейчас тебе хорошо?

— Вполне. Урон мистеру Ниссу был минимальным.

— Физически — да, друг Дэниел. Однако, он испытал такое великое унижение, и это для него хуже физического повреждения. Поскольку я осознавал это, я не мог бы сделать дело так легко, как ты. И еще… — Да?

— Меня тревожит будущее. На Авроре за все десятилетия моего существования я работал медленно, выжидая удобный случай, чтобы мягко коснуться мозга, не нанося ущерба, усиливая то, что уже было, ослабляя то, что и так шло на убыль, подталкивая и направляя уже существующий импульс. Теперь же мы вступили в пору кризиса, когда эмоции поднимаются высоко, решения приходят быстро, и события бегут мимо. Если я хочу сделать что-то хорошее вообще и должен действовать быстро. Три Закона запрещают мне это. Требуется время, чтобы взвесить тонкости сравнения физического и умственного вреда. Будь я один с мадам Глэдией во время приближения поселенцев, я бы не знал, какого курса держаться, чтобы не нанести серьезного вреда мадам Глэдии, одному или нескольким поселенцам и себе.

— Что же теперь делать, друг Жискар?

— Поскольку Три Закона изменить нельзя, мы снова приходим к заключению, что ничего не можем сделать, кроме как ждать краха.

Утро на Солярии, утро в поместье — все поместье. Вдалеке виднелся дом, который вполне мог быть ее домом. Двух столетий как не бывало, и Аврора казалась ей далекой несбывшейся мечтой.

Она повернулась к ДЖ, с туго затянутого пояса которого свисали два предмета — на левом бедре нейронный хлыст, а на правом — что-то более короткое и круглое, видимо, бластер.

— Мы пойдем к дому? — спросила она.

— Возможно, — рассеянно ответил он.

Он осматривал поочередно свое оружие, поднося его к уху, как бы прислушиваясь: жужжит — значит, живое.

— Вчетвером.

Она машинально оглянулась на Дэниела.

— А где Жискар, Дэниел?

— Он подумал, мадам Глэдия, — ответил Дэниел, — что разумнее будет действовать в качестве разведчика. Как робот он не привлечет к себе внимания других роботов, и если что не так, он предупредит нас. В любом случае ему легче выйти в расход, чем вам или капитану.

— Хорошее мышление робота, — заметил ДЖ — Так оно и есть. Ну, пошли дальше.

— Только втроем? — жалобно спросила Глэдия. — Честно говоря, у меня нет покорности робота Жискара выходить в расход.

— Мы все уязвимы, леди Глэдия. Количество тут не имеет значения. Были же убиты экипажи двух кораблей.

— Вы меня не ободряете, Диджи.

— Ну, давайте, попробую. Те корабли не были подготовлены, а наш готов, и я тоже.

Он хлопнул руками по бедрам.

— С вами робот, который уже показал себя вашим эффективным защитником, больше того, вы сами — наше лучшее оружие. Вы умеет приказывать роботам делать то, что вы хотите, и это может оказаться решающим. Кроме вас, никто этого не может, а те корабли не имели никакого нашего снаряжения. Ну, пошли!

Они пошли. Через некоторое время Глэдия сказала:

— Мы идем не к дому.

— Туда пока не надо. Сначала подойдем к группе роботов. Вы их видите, я надеюсь.

— Да, вижу, но они ничего не делают.